Андрей Фурсов о "Новом порядке" и "Инклюзивном капитализме"


Андрей Фурсов о "Новом порядке" и "Инклюзивном капитализме"

Обзор ультра-глобалистской программы создания нового мирового порядка на руинах мирового капитализма

👁394

Людские массы и, как мы видим на примере Фукуямы, значительная часть обслуги мировой верхушки решили, что после 1991 года наступило вечное либеральное блаженство.

Помыслить такое не поняв очевидное: то, что это отсрочка, связанная с грабежом соцлагеря - 30% валового мирового продукта, наконец, с 1980-х годов, можно было только не имея головы. Ее откусила пропаганда.

Однако в 2008 году блаженные конвульсии закончились - надкушенная голова отвалилась окончательно, оргазм богомола завершился и наступили суровые кризисные будни. Более того, судя по коронабесию и начинающемся климатобесию самка богомола отложила яйца и начинает поедать еще теплый труп самца в виде малого и среднего бизнеса. Нужен социальный белок, люди - живая нефть.

Сегодня стало ясно: пиршество гиен на трупе СССР - это прощальный поклон эпохе изобилия. Главная часть пира стервятников подходит к концу и начинаются танцы с драконами. Кризис залили деньгами, но это уже не может скрыть того, что системный кризис капитализма перешел в терминальную стадию, а внешних зон поглощения и сбросы туда противоречий не осталось.

Экстенсив окончен, остается интенсив. Задачу интенсива обычно решала мировая война - как крайняя форма социальных катастроф, но затевать мировую войну в нынешних условиях едва ли кто рискнет.

Меж тем, бомба времени тикала, а знаки на стене проступали все отчетливее. В августе 2018 года в институте сложности Санта-Фе прошла знаковая и интересная закрытая конференция. Готовилась она довольно долго. У ее истоков Мак-Мастер, Тиллерсон, в бытность госсекретарем, и Помпео. Провели ее под эгидой АНБ. Хотя официального названия у конференции не было, по одному из ударных докладов ее можно назвать "О риске уязвимого мира" - обсуждались проблемы экономики, финансов, промышленности (кстати, была разгромлена теория четвертой промышленной революции Шваба), опасности искуственного интеллекта, демографии и климата.

Разбирались возможные варианты теории выхода из кризиса. Были предложены:

1. Теории оптимизации - человечество успешно проектирует угрозы и движется вперед.

2. Революционная теория - человечество совершает технический прорыв и выходит на новый уровень развития.

3. Теория антропологического перехода - разделение человечества на две группы: верхнюю и нижнюю. С таким уровнем неравенства и различия, которое напоминает различие между биологическими видами.

4. Теория катастрофы.

Первые две теории участники отвергли как маловероятные по причине большой вероятности геоклиматической катастрофы, снижения интеллектуального и творческого потенциала мировых элит.

Впрочем, дело не только в элитах: участники сославшись на исследование швейцарских и израильских ученых отметили, что за последние сто лет благодаря пропаганде, деятельности СМИ и жесткому социальному контролю - то что Мишель Фуко называл системой "Надзирать и карать", поведение людей, по крайней мере на западе, сознательно стандартизировалось. В результате, человеческое разнообразие личности на западе было подавленно, вытеснено и заменено автоматическим и инстинктивным поведением человеческой массы.

Иными словами - ни элиты, ни массы Запада не способны не только к революционному преобразованию, но даже к оптимизации в обычном, а не в неолиберальном смысле слова, поэтому 55% участников конференции пришли к выводу о наибольшей вероятности реализации катастрофической теории.

Если же катастрофы удастся избежать, или ее результаты будут не столь фатальны, 25% участников высказались за желательность реализации схемы (внимание!) антропологический переход, то есть, формирование общества, состоящего двух социобиологических каст, слоев типа элоев и морлоков из "Машины времени" Уэллса: с одной стороны - сверхлюди живущие в своих анклавах до 120-140 лет, а с другой - обслуживающие их служебные люди с совсем другими умственными и физическими способностями и более низкой продолжительностью жизни.

Но как создать такой новый мировой порядок? Что может послужить его триггером? Что может стать тем, что Дональд Рамсфельд в бытность министром обороны США назвал трансформирующим событием?

"Трансформирующее событие", - поучал он, - " необходимо делать так: будем говорить, что Китай нанесет биологический удар по нам, что мы, в связи с этим, меняем человечество, потому что нужно спасаться."

Был подготовлен соответствующий документ под названием "Красный рассвет".

Так оно все и вышло - по Рамсфельду. В пандемии 2020 года обвинили Китай, все свалили на Уханьскую лабораторию, но при этом, почему-то, обходят стороной серьезную утечку из лаборатории Форт-Детрик еще в июне 2019 года.

Ясно, что в нынешних условиях трансформирующем событием не может быть война. Мир - это не большое Конго и даже не большой Ближний Восток. Однако война - не единственная форма социальной катастрофы, есть и другие, например, пандемия.

В 2010 году идеолог мондиализма Жак Атали назвал пандемию одним из лучших средств создания нового мирового порядка. В том же году аналогичная мысль прозвучала в известном докладе фонда Рокфеллеров.

Путь был указан, однако, первый блин - эпидемия свиного гриппа в 2013 году вышел комом. К следующему трансформирующему событию подготовились лучше. В октябре 2019 года фонд Билла и Мелинды Гейтс - того самого, который в 2011 году говорил о сокращении населения, депопуляции планеты посредством обязательной, то есть, насильственной вакцинации, провел учения "События 201", в которых отрабатывались действия мирового сообщества по борьбе с пандемией коронавируса.

Как по заказу - в последний день 2019 года в Китае был зафиксирован первой случай заболевания коронавирусной инфекцией. В марте 2020 года без достаточных на то оснований Всемирная организация здравоохранения объявила пандемию. Правительства всех стран, за исключением Беларуси и Швеции, взяли под козырек и понеслось.

Расплясались, разгулялись бесы: локдауны, социальные дистанции, маски, короче говоря, все по докладу фонда Рокфеллера 2019 года и учениям 2019 года. Уже летом 2020 года организатор и директор даосского экономического форума Клаус Шваб в соавторстве с неким Тьери Малере выпустил книгу "Covid-19 - великое обнуление".

"Обнуление", "Сброс" - именно так, а не "Перезагрузка " нужно переводить слово "Reset".

В книге сформулирована целая программа создания нового мирового порядка, который должен быть сконструирован по неомальтузианским лекалам под видом инклюзивного, то есть, всеохватывающего капитализма, а, на самом деле, капитализмоучастие - похоронить капитализм и создать на его руинах новый строй.

Я не буду здесь разбирать книгу и программу Шваба (говорит Андрей Фурсов), поскольку прошлой осенью подробно в двухчасовой передаче на канале "День ТВ" проанализировал и ту и другую, а затем последовавшую за ними работу Фарида Закарии на ту же тему.

Сейчас речь пойдет о другом - о противоречиях внутри мировой верхушки по вопросу о том, кто кого отсечет от будущего.

Поскольку объектом развертывающего обнуления, сброса, сноса являются не только средние слои национального государства, но и значительная часть мирового правящего слоя. Утраглобалистские буратины изгоняют их, как Буратино сверчка из коморки папы Карло. Коморка нового мирового порядка оказывается недостаточно велика и глобальному боливару не снести двоих.

Противоречия, о которых идет речь, отражены как в книге Шваба и Малере, так и в реальных событиях 2020 года в США: например, в государственном перевороте, отстранившем от власти Трампа и усадившем в Белый Дом Байдена.

Трампа ошибочно причисляют к изоляционистам. Изоляционизм для него - средство, а не цель. Трамп - умеренный глобалист, или просто глобалист. Группе, стоящей за ним, противостоят ультраглобалисты, выразителями интересов которых на поверхности политической жизни США являются политические кланы Обамы, Клинтонов, Байдена Керры, Олбрайт Коэна и других. Президентство Обамы планировалось как начало 16-летней, как минимум, перестройки США по ультраглобалистским лекалам. Восемь лет Обамы плюс восемь лет Клинтона. Однако, план сломал "Джокер", а точнее "Козырь", "Trump" - по-английски "Козырь".

За четыре года президентства, несмотря на неопытность, ошибки, непоследовательность, самоуверенность, нарциссизм и многое, он успел сделать немало и теперь это придется расхлебывать стае под предводительством Байдена/Харрис.

На этом ультраглобалисты будут терять темп, а время работает против них.

В чем же классовое, политэкномическое различие между глобалистами и ультраглобалистами?

Посмотрим, чем обусловлена нынешняя ситуация с планом обнуления: она обусловлена социально-экономическими условиями терминального кризиса капитализма и началом формирования того, из чего в ходе острой, социальной, классовой борьбы будет складываться посткапиталистическая система. Кто же ее выигравшие и проигравшие, новые верхи и низы?

Чтобы понять суть, рассмотрим структуру, пирамиду нынешней экономики, которые наиболее ярко представлены в США: она представляет собой то, что замечательный советский экономист, но, увы, не пророк в своем отечестве, Юрий Васильевич Ерёменко называл вертикальной экономикой. В ней, согласно Ерёменко, сектора пренадлежащие прошлому, настоящему и будущему сосуществуют, обмениваясь товарами, услугами и информацией, при этом, верхние этажи, естественно, всегда в намного большем выигрыше, чем нижние.

Еще раньше, чем Ерёменко другой замечательный советский ученый и тоже не пророк в своем отечестве, Владимир Васильевич Крылов, отталкиваясь от идей Маркса, частично развитых Александром Парвусом и Розой Люксембург, разработал теорию многоукладной и, естественно, пирамидально-организованной капиталистической системы, где наиболее развитый уклад промышленный, научно-технический, сконцентрированный в ядре кап-системы, не просто получает доход больше, чем менее развитый ранее индустриальный, мелкотоварный, докапиталистические уклады, но делает это, во-первых, эксплуатируя их, во-вторых, консервируя их в этом менее развитом состоянии, регулируя эту слаборазвитость в своих интересах.

Таким образом, сектора вертикальной экономики Ерёменко - это экономический аспект стадиальных, социально-экономических укладов Крылова.

Через 30-40 лет после написания работ Крылова и Ерёменко эксплуататорская субординация вертикальной, многоукладной экономики сохранилась, но ее составные части и их расположение изменились, причем существенно.

Это хорошо показала в своих статьях Елена Сергеевна Ларина: по ее мнению наверху вертикальной пирамиды укладов, но не технологических, а социально-экономических, находится зона эксизма, от английского слова "Access" - "Доступ". Речь идет о структурах, в такой степени монопольно-контролирующих наиболее передовые и важные на данном этапе факторы сферы производства, что это позволяет им блокировать для прочих доступ не только к этим факторам, но и ко многим другим ресурсам.

Этаж эксизма - это социально-информационные платформы "Google", "Microsoft", "Facebook", "Ebay" и другие - контроль над потоками информации и социальным поведением посредством соцсетей, напрямую и посредством предоставляемых через них услуг.

Постуглеродная экономика, но не обязательно зеленая экономика (напомню: именно ее навязывают эко-экстримисты на службе ультраглобализма): автоматизированное производство на основе искусственного интеллекта, генная инженерия, синтетическая биология и другие.

Названные выше платформы парадоксальным образом представляют собой возрождение на новом витке истории структур типа Ост-индских компаний, прежде всего британской, а также (права Елена Ларина) итальянских и немецких банкиров второй половины XVII века - бирж Амстердама и Лондона.

Добавлю: капитализм в XXI веке словно возвращается в свою раннюю, или даже генетическую стадию, чтобы стремительно перестать быть капиталом и превратиться в чистую власть.

Выход из системы всегда, порой до зеркальности похож на вход - на генезис и на раннюю стадию. Однако, естественно, что в XXI веке - это генезис совсем другой системы, чем в длинном XVI веке. С точки зрения разделения труда "Locus Standi" - место, где можно стать и "Field of Employment" - сфера занятости и ксизма - локальное производство, глобально-информационно связанное, то есть система глобализированных локусов, глоболокусов, связанных друг с другом, а не с прилегающими территориями, т.е. речь идет о селективной, то есть исключающей, эксклюзивной глобализации.

Наиболее адекватной формой для эксизма и для полностью контролируемой им части социальной пирамиды является биоэкотехнофашизм.

Термин "Фашизм" употребляется здесь не строго (в строгом смысле слова фашизм полностью осуществился лишь в муссолиниевской Италии), а как метафора. По сути же речь идет о квазикастовом строе, где верхи и низы отличаются друг от друга почти как биологические виды - схема, так называемого, антропологического перехода, речь о которой шла выше.

Социальный контроль и эксплуатация осуществляются здесь посредством цифрового, электронного контроля над низами, их поведением, посредством насильственной медикализации, корректирующей вакцинации, диспансеризации и так далее, их потреблением - снижения уровня потребления по борьбе с климатическими изменениями, якобы вызванными человеком.

Разумеется, биоэкотехнофашизм на какое-то время возможен не только на основе эксизма, но только эксизм является адекватной ему технической основой, способной обеспечить исторически-длительное существование. Без нее он, скорее всего, станется краткосрочно-позорным плевком на стекле истории.

Второй уровень пирамиды - этаж финансиализма.

Строго говоря, как и эксизм - это уже не совсем, а скорее всего совсем не капитализм. Прибыль создается здесь не в сфере производства материально-вещественного, социального, духовного, а исключительно в сфере обращения. В основе не производственной технологии, а финансовой - присвоение денежной миссии и спекуляции на инвестиционных рынках. Субъекты финансиализма - банки, страховые компании, фирмы по управлению активами - индексными фондами. Думаю, такие названия как "Black rock", "FMR", "State street corporation", "Vanguard group" у всех на слуху и в представлении не нуждаются, при этом если платформы разрушают капитализм, то финансиалистские структуры надстраиваются над ним, взламывают его и питаются им как паразит питается хозяином. В этом плане у них есть и сходство с платформами и различия.

На сегодняшний день финансиализм - это взбесившийся пёс, или, если угодно, совокупность взбесившихся раковых клеток. Триллионно-долларовая фиктивная прибыль заливает мир, банкротит его и сам финансиализм, который нужно остановить. Однако остановка чревата для властелина финансовых колец большими неприятностями: подобно королеве из "Алисы в стране чудес" они должны постоянно бежать, чтобы оставаться на месте, причем в нынешних обстоятельствах - это бег по трупу, или, если угодно, по головам.

Третий этаж, если идти сверху вниз, Елена Ларина назвала технотроникой, используя термин Збигнева Бжезинского, который имел в виду корпорации военно-промышленного комплекса, химической промышленности, энергетики, фармацевтики и другие, тесно связанные с государством.

Это корпоративный бьорно-хановский капитализм, по сути отрицающий рыночную экономику. На мой взгляд, он наглядно демонстрирует тезис французского историка Фернана Броделя: "Капитализм - враг рынка".

Уязвимое место корпоративного капитализма и корпоратократии - бюрократическая неповоротливость. Именно на корпоративном капитализме и вместе с ним закончилась великая Америка 1930-1980-х годов. В 1989-91-е годы колокол зазвонил не только по СССР, но и по великой индустриальной Америке.

В 1989 году гебешно-Горбачевский СССР, активизировав в 1985-88 годы подготовку эвакуации определенных сегментов режима - глобализм до глобализации, капитулировал перед Западом. Внутри самого Запада - это капитуляция, открывшая весь бывший соцлагерь и, прежде всего, Россию для разграбления Западом, стала основой триумфа финансиализма над промышленным капиталом, старта эксизма и превращения, а точнее, деградации Запада в Постзапад. Эксизм и финансиализм находятся в сложных отношениях сотрудничества, у них общий враг - великая Америка, промышленный и главным образом корпоративно-государственный капитал, а, следовательно, государство и ореиентированный на него средний слой и часть рабочего класса, и конкуренции - так как место на верху пирамиды только одно.

Впрочем, при прочих равных условиях, рано или поздно будет достигнут компромисс - сфера финансиализма, обращения соединится со сферой эксизского производства и если не произойдет глобальной катастрофы, агенты компромисса сформируют новый господствующий, причем глобальный слой, класс.

Похоже, именно платформы позволят части финансиалистов установить контроль над всей мировой финансовой системой. Как тут не вспомнить, что Парвус реальной мировой революцией считал установление контроля над мировой финансовой системой?

Но сказав "А", нужно говорить и "Б" - такой контроль означал бы, по сути, упразднение финансов, денег как таковых. "Они больше не нужны"- и это действительно будет революция, знаменующая оформление нового, посткапиталистического, антагонистического строя.

Монополизировав верхний этаж, глобальное пространство, новые хозяева никого сюда не пустят, то есть выступят в качестве ультраглобалистов и, в то же время, деглобализатором, а дальше пойдет подминание под себя нижних этажей. У капитализма на подминание иных форм ушло, как минимум, два столетия, пока из ведущего уклада он не превратился в господствующий. Новые системы практически никогда не побеждают нокаутом - как правило по очкам, то есть путем позиционной, социальной и психологически-изнуряющей борьбы, рывком вперед и отступлений, компромиссов - это и является главным содержанием эпох, получивших название "Темных веков".

Вот в такие "Темные века" - четвертые в истории европейского человека мы и вступаем. Главная битва за будущий компромисс развертывается внутри североатлантического мира - с одной стороны, и между этим миром, и Россией и КНР - с другой.

Разумеется, это некоторое упрощение, поскольку и в России, и в КНР присутствуют сети влияния, выражающие здесь интересы североантлантических платформ, банкстеров и корпораций. Причем, со стороны атлантистов, битва - это наступление, агрессия, а со стороны России, несмотря на триста тысяч семей, обосновавшихся на пост-западе, и КНР, несмотря на комсомольцев-добровольцев постзапада, - это оборона.

Эта ситуация может сохранится, по крайней мере, в кратко, а возможно и в среднесрочной перспективе. В североатлантическом мире, прежде всего в США, скорее всего будет достигнут компромисс между будущим и настоящим, то есть между эксизтами - с одной стороны и финансиалистами и частью корпоративной, технотронной Америки - с другой. В компромисс не попадает значительная часть корпоративной и, практически, вся великая индустриальная Америка, ее господствующие и не господствующие слои сбрасываются с корабля истории, а кого-то вообще сольют в ее унитаз.

В посткапиталистическом мире эксизма и его анклавов для великой Америки места нет так же как, кстати, и для нынешней России. Их существование в этом мире, как таковых, в этом мире не предусмотрено. С точки зрения ультра-глобалистов - и та и другая отжили свое. Трамп - это бунт великой Америки прошлого против Америки финансиализского настоящего и эксизского будущего. Это битва тех сил, которые стоят за Трампом за то, чтобы их не отсекли от будущего. Их так, или иначе включили в компромисс, открывающую в будущее настоящую, а не нарисованную на холсте дверцу.

Условный Байден, назовем его Харрисо-Байден - есть средство ультраглобального подавления этого бунта, но именем не будущего, а компромисса между настоящим и будущим. Если Трамп тормозил будущее в интересах прошлого, то ХаррисоБайден притормаживает уже будущее в интересах настоящего. И если Трамп в этой борьбе в качестве массовки использовал средние, средне-нижние и нижние белые слои, то штурмовыми отрядами, хунвейбинами ХаррисоБайдена стали черные и цветные низы, BLM, или как их еще называют "негронацисты", "черные фашисты", причем нередко под левыми или леволиберальными лозунгами.

На выходе из капитализма и входе в посткапитализм значение борьбы за традиционные ценности выходят далеко за рамки культурно-религиозной сферы. Платформы эксизма как форма, в которой совпадают производственные и классовые характеристики - это превращение капитала в чистую власть, обеспечивающую отчуждение от человека социальных (контроль над общественным поведением группы индивидов) и духовных (понятия, образы, представления, ценности, целеполагание) факторов производства.

Главным объектом присвоения в посткапиталистическом мире, в том виде, в каком его планируют нынешние хозяева мировой игры, будут не вещественные факторы производства- капитал, а социальные и духовные, которые присваиваются, как правило, вместе.

В сегодняшнем мире духовная сфера все еще выступает в большей степени как непроизводственный фактор: ценности, культура, мораль, в том числе религиозная, идентичность. Превращение всего этого в отчуждаемый объект присвоения в новом посткапиталистическом обществе требует предварительной трансформации, модификации ценностей как традиционных, так и модерна, который за несколько столетий тоже уже стал традицией. По сути, это означает трансформацию, модификацию человека, обнуление старых ценностей и навязывание таких, которые могут превратить человека в объект присвоения, заточенный, обструганный под это превращение.

Существующие ныне ценности и идентичности не просто не годятся в объекты присвоения посткапиталистического биоэкотехнофашизского строя, но противостоят ему, блокируя сам процесс превращения невещественного в объект производственных отношений. Поэтому нынешняя борьба за ценности, нормы и идентичности традиции и модерна - есть ничто иное, как формирующаяся социальная, классовая борьба по поводу таких объектов, которые не являются внешними по отношению к человеку, а представляют самого человека как персонофикатора воли, идентичности и социальных связей.

Упор верхушек постзапада на права различных, прежде всего сексуальных, меньшинств, на изменения половой, расово-этнической, национальной, культурно-религиозной, исторической идентичности, семейных норм (отношения: муж/жена, родители/дети), флюидный гендер, внедрение толерантности, которое в точном значении слова есть ничто иное как патологическая неспособность системы противостоять вредоносному, или даже смертоносному воздействию на нее - все это суть средства установления нового строя, нового типа производственных отношений, где отчуждается человеку его целостность.

Это средства подготовки к строю, превращающему человека в человечину, социальное мясо, которое хозяева новой системы будут жарить, подвергать эксплуатации и депривации, то есть лишению возможности удовлетворить основные социальные потребности.

Одна из важнейших линий формирования нового мирового порядка - контроль над информпотоками, что уже реализуется в уничтожении журналистики как профессии, насаждении постправды, замусоливании информационного пространства и так далее. В связи с этим, на роль одного из важнейших средств борьбы с этими процессами выходит самопроизвольное выращивание информации.

Новый мировой порядок, планируемый нынешней мировой верхушкой и ее страновой агентурой, требует расчеловечивания человека, которое подается как стимулирование человеческого разнообразия - "Diversity".

Если капитализм опредмечивал, овеществлял человека, отчуждал от продукта труда, то посткапитализм, планируемый хозяевами эксизма и финансиализма, расчеловечевает человека как социально, этнически и культурно определенное существо, отчуждает его от самого себя как социального и биологического существа.

И это - суть именно производственных отношений, планируемого нового строя, поэтому сопротивление в сфере культуры, в духовной сфере созданию этого порядка есть новая форма социальной и биоантропологической борьбы, в которой не может быть компромисса.

Одновременно с созданием ситуации отчуждения у человека духовных факторов производства, планировщики постковидного, нового-дивного, для них, мира планируют изъять у основной массы населения остающихся у него материальных активов - от капитала до недвижимости.

Так называемые экосистемы и платформы выступают как контролеры социальных сетей, то есть, поведения и потребности людей как духовных, невещественных факторов производства, которые становятся главными. Однако в нижней половине социальной пирамиды постзапада остается огромный слой бенефициаров старого, не до конца раскулаченного акционерного капитала "Shareholder capital".

В руках каждого из них не так много частной собственности, не так много капитала, однако суммарно - это огромная величина и если ее не обнулить, превратив ее владельцев посредством инклюзивного капитализма в так называемых стейкхолдеров (то есть вторичных агентов коммерческого рынка, несобственников), то эти люди сохранят материальную основу, препятствующую превращению в объект присвоения новых, посткапиталистических верхов.

Значит, надо их экспроприировать. Большие рыбы пожирают малых, как на картине Брейгеля старшего. Локдаун разоряет, крушит малые и средние бизнесы, власти постзапада готовы выплатить долги населения по кредитам, то есть, де факто лишить его собственности.

Пропаганда убеждает людей: "Зачем вам собственное жилье? Лучше аренда!", "Зачем вам личное авто? Есть каршеринг!", "Зачем вам сбережения? Мы обеспечим вам базовый, гарантированный доход, вы будете получать его на карточку - бумажные деньги не нужны."

Лозунг 2030 года: "Я ничем не владею, и я счастлив". В результате, человек лишается материальных основ своей самостоятельной жизни, личной жизни, личности.

Как заметил в свое время писатель Иван Васильев: "Свободные деньги на личных счетах несут в себе потенциальную опасность - их владелец может начальство куда подальше послать".

Отсюда стремление ультраглобалистов отменить бумажные деньги, установить полный контроль над счетами и тогда можно будет регулировать и потребление, снижая его, и поведение, аннулируя или замораживая счета тех, кто говорит, или думает не так. Ведь, уже сейчас утраглобалисты убеждают людей снизить потребление, пересмотреть всю западную культуру потребления, сложившуюся в послевоенный период, и довольствоваться малым.

В мае 2020 года в Великобритании был опубликован, подписанный аж 1100 экспертами манифест, призывающий к стратегии не-роста, или антироста. В документе говорится о необходимости принять демократически спланированное и, в то же время, ориентированное на устойчивые рост и равенство снижение качества экономики.

Авторы призывают создать экономику пониженного качества. В июле 2020 года Шваб и Малере в книге "Covid-19: великое обнуление" присоединяясь с восторгом к британскому манифесту, призвали создавать такое будущее, в котором мы будем жить лучше, довольствуясь малым.

В качестве примера для подражания давосский проходимец и его соавтор приводят жизнь аргентинцев в Патагонии - суровом и бедном крае, но это для нынешних слаборазвитых стран, развитым странам предлагается не потагонизация, а японификация - уровень Японии, на которую она откатилась после американского удара в 1990-х годах, то есть, упасть уровнем выше.

Причем рекомендует такое падение - ухудшение потребления и качества жизни один из завсегдатай в Давосе - того самого места, где, как верно заметила одна британская газета, происходят ежегодные встречи представителей гробальной элиты, которые подчеркивают важность борьбы с изменением климата, продолжая летать на частных самолетах. Добавлю от себя: "Привет Грете Тунберг".

Они разглагольствуют о необходимости борьбы с бедностью и голодом, поедая бутерброды с черной иранской икрой и запивая их дорогим шампанским. С чувством произносят слова о необходимости борьбы с неравенством, будучи окружены огромным колличеством обслуги. Куда же бедному постзападному человеку с его цивизационной бесприютностью податься? Что у него остается? Семья? Государство?

Но ультраглобалисты, тот же Шваб, утверждают, что государство в постпандемическом мире не нужно. Что касается семьи - моногамного межполового союза мужчины и женщины, то на постзападе его в течении нескольких десятилетий сознательно подрывают и практически и пропагандистки, рекламируя гомосексуальные браки, трансгендеров, полигамию, полиаморию, изъятие детей из семей. Причины заявляются самые различные: детей давят родители, дети гениальны, их нужно поместить в спец-интернат и так далее. К тому же, как заметил Козлов, ювенальная юстиция решает еще одну задачу - разрушает европейскую судебную систему.

Когда-то Фридрих Энгельс написал работу происхождения семьи, частной собственности и государства, связав саму цивилизацию человека с этими перечисленными им явлениями. Сегодня все это хотят уничтожить, то есть, расцивилизовать человека, превратив его в трансгуманистического голема.

Символично, что Эпштейн, который поставил на поток секс-трафик детей для извращенцев из политической верхушки и тусовки шоу-бизнеса постзапада, и которого убили в камере как нежелательного свидетеля порочных удовольствий джентльменов и леди, спонсировал трансгуманизм вместе со своей подругой Линдой Ротшильд - организатором совета по инклюзивному капитализму с Ватиканом, и не исключено связующим звеном между двумя педофильскими сообществами, вульгарно-физиологическим и практикующим оккультизм и жертвы.

Бездна бездну призывает. Ясно, что трансгуманизм хорошо кореллирует с биоэкотехнофашизмом и идеями контролируемой и направляемой эволюцией человека с помощью изменений эпигенома.

Подчеркну: изъятие собственности экспроприация капиталов малого и среднего бизнеса - это важная, но не главная стратегическое направление строительства нового мирового порядка. Главное связано с присвоением не вещественных факторов производства, а духовных, с установлением контроля над долгосрочным поведением огромных масс населения, контролем над эволюцией человека и общества.

Инструменты - социальная дрессировка посредством нагнетаемого страха перед пандемией, новыми пандемиями, включая киберпандемию, климатическую угрозу в духе россказней нобелевского проходимца Альберта Гора, обезличивание, QR коды, поголовное ношение масок и так далее. Видеоконтроль.

Все эти средства уже протестированы во время коронабесия, а в КНР - в виде социальных рейтингов и без него.

Кто-то может усомниться: "А как возможен контроль над эволюцией?". Еще как возможен. Смотря о какой эволюции идет речь. Кроме традиционно-гиетической - изменения в течении 10-12 поколений и филетической, социально-поведенческой - 6-8 поколений, существует эпигенитическая - 2-3 поколения.

Последнее представляет собой не изменение генов, а их включение/выключение и настройку посредством внешнего корректирующего воздействия, оно закрепляет определенные модели поведения, которые становятся социально-наследуемыми.

Создается впечатление, что те процессы, которые запущены в ходе коронабесия, имеют целью - втолкнуть человечество в период психических мутаций и дать старт быстротекущей, по сути, злокачественной, эпигенитической эволюции, переходу от общества автоматического перемолота людей к социуму управляемой эволюции.

Последняя должна осуществляться с помощью таких мер как: запугивание, контроль, стандартизация. Цель - создать из человека послушное социальное мясо.

Исходным пунктом такой направлений эволюции должен быть мощнейший психоудар и он будет ощущаться тем сильнее, чем к большему комфорту привыкло население, чем более оно избаловано в плане реализации своих потребностей, особенно материальных.

Постзапад в этом плане - идеальная площадка для эпигенетически-эволюционных экспериментов. От экспериментов в нацистских концлагерях они отличаются сферой применения и широтой масштаба - глобальной. Ковидоистерия и стала таким психоударом, который должен был обеспечить перезапуск истории в столь милом ультраглобалистам и их локальным пособникам безфашистском направлении. Коронабесие непосредственно работает на биоэкотехнофашизм.

Одна из задач последнего - создание массового слоя неполноценных, а потому пораженных в правах, то есть, социальных уродов, отверженных.

Так во время коронабесия появился термин "бессимптомный больной", то есть, тот, кого не смотря на отсутствие симптомов, объявляют больным и автоматически лишенным многих прав. Можно предположить, что пораженными в правах окажутся и те, кто отказывается от вакцинации или сомневается в наличии пандемии. И не дойдет ли дело до гетто и особых знаков для отверженных, нежелающих жить в матрице и принимать синюю таблетку?

По сравнению с постзападом, подчеркиваю, по сравнению, Россия, русские остаются в этом плане, по крайней мере, на данный момент более крепким орешком. 1990-е годы стали мощнейшим психоударом по населению России, прежде всего, по русским, но как поется в песне: "Выжившие стали крепче стали".

Хотя, как показал опыт, холуев и подпевал ультраглобалистов и у нас хватает, но коронабесие - как психоудар в русских условиях оказался слабее, чем на постзападе.

Почему? Когда-то Бисмарк заметил, что Россия сильна, а потому страшна мизерностью своих потребностей.

Разумеется, сегодня потребности жителей России намного выше, чем в умиравшей и убогой позднесамодержавной России, тем не менее, уровень комфортности жизни у нас в среднем ниже, чем на постзападе, особенно за пределами Москвы, и это - серьезный фактор. Но, а, так называемые, либеральные реформы, проводимые 30 лет властью, начиная с ваучерной приватизации и заканчивая пенсионной реформой, вряд ли способствую воспитанию человека послушного - мечты ультраглобалистов. Или я ошибаюсь? Объективно, время работает против ультраглобалистов и они продолжат раскручивать маховик информационно-психологического террора, запугивая людей новыми пандемиями - любимая фишка Гейтса, глобальным потеплением, вызванным, якобы, промышленной деятельностью человека и многим другим.

Думаю, на очереди и объявление угрозы вторжения инопланетян. Не случайно же NASA, вдруг, начал рассекречивать данные, признав реальности тарелок и инопланетян. 26 мая 2021 года было официально объявлено, что Белый Дом серьезно относится к вторжению в воздушное пространство США НЛО. 25 июня сего года в докладе предварительная оценка "Неопознанные воздушные явления", подготовленным министерством обороны США и управлением национальной разведки, НЛО названо угрозой национальной безопасности.

То ли еще будет. Как тут не вспомнить предупреждение Вернера фон Брауна, высказанное им незадолго до смерти по поводу пугалок, которые будет придумывать Запад для манипуляции общественным сознанием. Браун сказал своей помощнице, что после разрушения Советского Союза (в том, что это произойдет он не сомневался), Запад постарается найти нового врага и им станут мусульмане, исламский мир. Но это, равно как и проблема природного характера, будет слабой угрозой, и тогда настанет через угрозы инопланетного вторжения, для отражения которого, добавлю я, понадобится, конечно же, мировое правительство, живущее по законам военного времени.

Все тот же новый мировой порядок биоэкотехнофашизма. В новой реальности люди должны жить в атмосфере постоянного страха, в режиме наведенной психической эпидемии. Запуганными, отключившими рациональное мышление легче управлять.

Главным полем этих психоэпидемий, по сути - психоинформационного террора, будет, конечно же, постзапад. У менее богатых и менее сбалансированных режимов за его пределами появится собразн повторить это у себя. Причин две: во-первых, продемонстрировать хозяевам мировой игры лояльность: "Мы такие же как вы. Запишите нас в постбуржуинство, мы открыты для этого..." и так далее, во-вторых, компенсировать психоинформационными мерами социально-экономическую слабость.

И то и другое самоубийственно, поскольку ведет верхушки стран второй зоны полупирефирии к уничтожению, прежде всего социально-властному и экономическому. Именно психоинформационными ударами ультраглобалисты будут зачищать верхушки государств второй зоны и сами эти государства.

Ну а в постбуржуинство никто их не собирается записывать, самим места мало.

Удивительно, но казус Трампа ничему не научил второзонников, угодливо переминающимся с ноги на ногу в прихожей постзапада. Но, что ж, прислуга - она и есть прислуга, да только вот нужды в ней у хозяев новой реальности нет.

Мобилизация борьбы против пандемии, антропогенных климатических изменений или инопланетного вторжения позволит еще более продвинуть общество по пути упрощения социально-экономического, культурного, психологического. Этот процесс постзападной верхушки реализуют уже несколько десятилетий, но согласно их планам, он идет недостаточно быстро, а он им необходим.

Суть в следующем: согласно закону Винера-Шеннона-Эшби управляющая система должна быть сложнее и мощнее управляемой, то есть - общества. На сегодняшний день на постзападе и, кстати, у России, складывается противоположная ситуация. Разрушается, но продолжает существовать старая система. Возникает новая - старая и новая переплетаются, в результате чего социальная реальность, социум резко усложняется, а мировые верхушки за этим не поспевают.

Не будучи способными обеспечить большую управляющую их сложность, они двинулись в противоположном направлении - максимальном упрощении управляемой системы. Это предполагает разрушение многих институтов, структур, групп, типов личности и идентичности общества модерна.

Помимо прочего и с этим тоже, хотя и не только с этим, связана деиндустриализация, разрушение образования, дебилизация культуры.

Однако регрессорам, по-видимому, не ведомо, что упрощение бумерангом вернется к ним - к их страте, к их детям. Ведь нельзя жить в обществе и быть свободным от него, даже если ты надеешься забаррикадироваться в своих анклавах.

Если тэтчеризм и рейганомика внешне отбросили капитализм в его раннюю - рыночную эпоху, то ныне речь идет об откате в длинный XVI век - тем, кому повезет. Неудачников же протащат еще дальше - в глубь веков. Кстати, даже с точки зрения геополитической мы видим возвращение длинного XVI века в Евразии и - это непосредственно касается России.

В XVI - первой половине XVII века Россия постоянно испытывала давление Польши, которую остановила только в 1667 году, а также Османской империи и ее клиентов - крымцев. Самое позорное военное поражение Россия потерпела именно от Османской империи - бездарный прутский поход Петра I. Правда, было это уже в XVIII веке - в русско-турецкой войне 1710-13 годов.

В то же время с воцарением в Китае маньчжурской династии Айсинь Гьоро, больше известной под ее девизом: "Цинь" - 1644-1911 годы, начался китайский дранг нах вестен, который окончился присоединением к Китаю огромного массива земель на западе.

С XVIII века начинается экспансия России, которая с Австрией и Пруссией делит Польшу, поглощая ее восточную часть. Из последней трети XVIII века вплоть до последней трети XIX века постоянно бьет в войнах турок-осман, присоединяя целые куски Закавказья. Вторая половина XIX века - экспансия России в средней Азии -узда для британцев и на Дальнем Востоке - пик могущества СССР.

Что мы видим сегодня?

Россия потеряла Украину и на западе наших границ реализуются активно-поддерживаемые британцами проект "Новая Речь Посполитая", Турция вернула себе свои геополитические позиции, пусть - не расцвет Османской империи, но, по крайней мере, начало XIX века, выдавливая Россию из Закавказья. Мало того, Турция укрепляется в бывшей советской Средней Азии. Новая Османская империя так же, как большой Вазиристан - это британский проект с прицелом на тюркоязычные зоны и население России.

Большой Вазиристан - это не только перекройка Афганистана, но и создание этнического оружия: мигранты, бегущие от войны, сначала встанут в Центральной Азии, а затем, вместе с частью их жителей, в Россию.

Из той же бывшей, сегодня - антирусской Средней Азии, Россию, объективно выдавливает Китай.

Геополитически на своих дальних, западных, южных и восточных рубежах Россия отступает. В этом плане мы вновь переживаем наш длинный XVI век. Русское пространство сжимается, как и концептуальное управление этим пространством.

В ситуации упрощения упрощается и концептуальное управление предельно. Сегодня оно сводится к набору мантр типа: "Устойчивое развитие", "Разнообразие", "Политическая корректность, "Инклюзивный капитализм", "Зеленая экономика", "Технологический уклад", "Информационное общество", "Новый мировой порядок - синоним новой нормальности" и так далее.

Мантры принято бездумно повторять, над ними не принято задумываться. Потому что если задуматься, то за каждой из мантр скрывается опасная, а порой смертоносная для человечества программа.

Устойчивое развитие - это сокращение населения планеты максимум до двух миллиардов.

Разнообразие, предоставление особых прав меньшинствам - ущерб меньшинству, причем в унизительно-оскорбительной для последнего форме.

Политическая корректность - ликвидация свободы слова, тоталитарный контроль над словом и мыслью.

Инклюзивный капитализм - экспроприация собственности малого и среднего бизнеса.

Зеленая экономика - деиндустриализация, обнищание и разорение слоев, связанных с промышленностью.

Технологический уклад - сведение многомерной социальной целостности лишь к одной части, нарушение принципа системности с целью скрыть социальную характеристику общества, его классовую тайну.

Информационное общество - общество тотальной пропаганды и дебилизирующих СМИ.

Поэтому очень важно следить за языком, за понятиями и словами, которое нам навязываются.

"Вначале было слово..." Употребляя те, или иные слова, термины, образы, мы подписываемся под определенную программу, которая реализуется не просто не в наших интересах, а в ущерб нам, с целью уничтожения нас. Имя этой программе - "Зверь", или "Новый мировой порядок", чтобы путем великого обнуления создать их посткапитализм.

Бесолюди должны превратить поздний агонизирующий капитализм в электронно-медицинский лагерь. При этом великий эксперимент Троцкого переходит в новую, глобальную фазу без прежних лживых догм - по Галактионову.

Посткапиталистический социальный рай для 10% планируется обеспечить социальным адом для 90% остальных - для мировой обслуги. Сумеют ли ультраглобалисты навязать миру новый мировой порядок? Сомневаюсь. Мир слишком сложен, чтобы управлять им из одного центра, а история - слишком сложный и коварный процесс с массой непредсказуемых последствий, возникающих сразу же после того, как только сделан первый шаг в реализации проекта. Мир анклавов эксизма ограничен, за его пределами бушующий мир новых варваров - мигрантов и, вообще, выброшенных верхушками на обочину истории.

Сможет ли новый мировой порядок, если он будет создан, сдержать их? А что, если произойдет геоклиматическая катастрофа? Настоящая, а не фейковая, которой пугают население ультраглобалисты. А что, если искусственный интеллект сломается? Или подрывные силы - контрэлита внутри самого мирового порядка решит поменять ситуацию? Не надо забывать историю Римской империи, средневековых городов, олигархии и арабских халифатов.

Время имеет привычку свертываться листом Мебиуса. Будем надеяться, что он сольется в петлю на шее тех, кто планирует превратить человечество в скот, в мясо для жарки на сковороде истории, в терпил, биороботов, то есть, в социальный ад. Значит, именно туда дорога этим планировщикам. Будем гуманистами - поможем им чем можем попасть туда, как в "Коньке Горбунке".

Источник: СТАЛИНГРАД